Недалеко от Ульяновска есть село Прислониха. Здесь каждый укажет вам дом, где уже много лет живет популярный советский живописец, лауреат Ленинской премии Аркадий Александрович Пластов. Конечно, художник часто уезжает из Прислонихи, есть у него мастерская в Москве, но основная «база» здесь, где живут герои его картин, отсюда начинался путь полотен, известных сейчас всей стране, на выставки и в музеи.
Пластов пишет свою деревню, односельчан, которых очень хорошо знает,— доярок, почтальонов, подпасков, пытливых деревенских старожилов, вспоминающих под вечер на лавочке свою жизнь. Ему близки их заботы, он мыслит так же, как и они, и не отделяет себя от них. На осенней выставке 1935 г. в Москве было показано несколько небольших картин Пластова. Они сразу же привлекли внимание публики своей самобытностью и правдивостью. О Пластове заговорили...
Теперь название большого волжского села, где с 1917г., после окончания Московского училища живописи, ваяния и зодчества живет, работает в поле и пишет картины художник Пластов, хорошо известно любителям живописи. Здесь Пластовым написаны лучшие картины: «Сенокос», «Витя — подпасок» (1951, Русский музей, Ленинград), «Весна» (1954, Третьяковская галерея, Москва) и др.

Сергей Тимофеевич Конёнков — старейшина советского искусства, его гордость, его классик.
Творческий путь Коненкова долог и прекрасен. Он родился в 1874 г. в крестьянской семье. Преодолев огромные трудности, он сумел овладеть профессиональным мастерством ваяния и уже в начале XX в. стал одним из крупнейших художников России.
Коненков может быть тончайшим лириком, глубоким психологом, изобретательным автором декоративных композиций. Но прежде всего он художник, в творчестве которого преобладают глубина и мудрость широких образных обобщений. Уже его академический диплом — «Самсон, разрывающий узы» (1902) — провозвестник великих революционных бурь, грандиозных потрясений в жизни родной страны. Образ титана-бунтаря, в героическом напряжении всех своих сил рвущего цепи, воспринимается ныне как своего рода эпиграф ко всей истории коненковского творчества — смелого, славящего красоту человеческих порывов, непобедимое стремление к свободе.
Особой силой и значительностью обладают те монументально-героические образы, которые Коненков создал после Октябрьской революции: барельеф «Павшим в борьбе за мир и братство народов» (1918; многие годы он был укреплен на Кремлевской стене, в 60-х годах скульптор выполнил новый вариант этого барельефа), многофигурный памятник Степану Разину и его сподвижникам (1919, Русский музей, Ленинград) и поразительный по своей огненной романтике и вдохновенности «Освобожденный человек» (1947, Русский музей, Ленинград).
Большие идеи времени, символику значительных событий Коненков способен выразить в работах любого жанра и размера. Например, маленькая «Нике» (1906) рядом с грозной силой, мятежным духом «Рабочего-боевика Ивана Чуркина» и «Атеиста» — произведений эпохи революции 1905 г.— покоряет своей лучезарной вдохновенностью. Вся романтика непобежденных надежд и мечтаний народа в трудную пору его истории с замечательной проникновенностью запечатлена в образе Нике.

Построенный в 1961 г. Дворец съездов вошел в ансамбль российской святыни — Кремля. Расчлененные гранеными пилонами (столбами) зеркальные стены, в которых отражаются золотые купола кремлевских церквей, как будто невесомый козырек над входом, гранитные ступени и флагштоки — все это создает торжественный и праздничный образ.
Белый цвет здания, позолота оконных переплетов и герба над входом, белокаменная резьба венчающего пояса отвечают облику соседних величественных памятников древнерусской архитектуры. Однако Дворец съездов совсем непохож на своих древних соседей: изменились и эстетические взгляды, и прежде всего технические возможности строителей.
Достаточно сравнить толстые стены соборов с узкими, похожими на бойницы окнами с прозрачными, почти
невесомыми стенами Дворца съездов или своды и купола соборов с плоским перекрытием гигантского зала заседаний.
Внутри Дворца съездов — море света, льющегося днем через стеклянные стены, а вечером — из тысяч светильников. Ощущение обилия света еще усиливается светлыми тонами стен.
Сердце дворца — зал на 6000 человек. Мерцающий алюминиевый потолок, деревянные рейки стен, светло-серый ковер на полу, насыщенный красный цвет обивки кресел создают цветовой аккорд. Оригинальный светящийся козырек над сценой скрывает мощные усилители звука. Сцена закрывается занавесом, где на фоне красного знамени и солнечных лучей— барельеф Ильича, как бы всматривающегося вперед, в будущее. Эта замечательная работа художников
А. Мыльникова и X. Рысина стала эмблемой, перешла на миллионы значков и флагов.
Дворец съездов не имеет равных себе по техническому оснащению: оборудованию сцены и акустике, освещению и кондиционированию воздуха. Подлинные художественные достижения в этом великолепном сооружении гармонично сочетаются с самыми передовыми инженерными решениями.
Напряженная творческая работа большого коллектива авторов — архитекторов М. Посохина, А. Мдоянца, Е. Стамо, Н. Штеллера, Н. Щепетильникова, инженеров Г. Львова, А. Кондратьева и других удостоена Ленинской премии.
Дворец съездов — одно из наиболее значительных произведений советской архитектуры послевоенных десятилетий.

Кончилась война. Художники вернулись в мастерские. Рядом с шинелями легли на дно сундучков вещевые мешки, в которых еще совсем недавно хранились блокноты или связки бумаг с документальными зарисовками павших и живых однополчан, покинутых и вновь отбитых у врага деревень, бесконечных дорог. Быстрые, порой небрежные зарисовки в блокнотах военных лет теперь воплощались в картины, гравюры, скульптурные памятники, взволнованно рассказывающие о недавних боях и их участниках.
В Третьяковской галерее, в Центральном музее Советской Армии в Москве, в Русском музее в Ленинграде, в музеях Киева, Новгорода и других городов страны хранится художественная летопись Великой Отечественной войны. Картина украинца В. Г. Костецкого (р. 1905) «Возвращение» (1947) рассказывает о возвращении солдата, о его встрече с семьей, «Конец» (1948) Кукрыниксов — о возмездии, постигшем гитлеровцев (обе в Третьяковской галерее в Москве).
Взволнованно повествуют о войне и полные искреннего чувства и свежих личных впечатлений полотна военного художника студии имени Грекова, прошедшего с войсками от Москвы до Берлина, Б. М. Неменского (р. 1922). Его картина «Мать» (1945) рассказывает о старой крестьянской женщине, приютившей во время отступления у себя в избе солдат, о глубине ее страданий. Медицинским сестрам посвящены его картины «Сестры наши» (1952) и «Машенька» (1956, см. илл., стр. 328—329). Из блокнотов военных лет взял Неменский темы и для своей картины «3емля опаленная» (1957; Третьяковская галерея и Музей Советской Армии, Москва).
После войны окончательно утвердилась традиция устраивать периодические выставки-отчеты художников — всесоюзные, республиканские, областные. На этих выставках зрители, многие из которых бывшие фронтовики, вновь встречались со своим военным прошлым. То, что для людей невоевавших уже становилось историей, для них оставалось самым незабываемым, грустным и гордым воспоминанием на всю жизнь.
В документальных изображениях переправ, оборон и штурмов художники-фронтовики прежде всего видели судьбы очень близких и дорогих себе людей.
Во многих городах были установлены памятники воинской славы. Один из лучших — памятник Победы в Калининграде (1946), в создании которого принимал участие замечательный литовский скульптор Юозас Микенас (1901—1964). Фигуры двух бронзовых солдат с автоматом и знаменем в руках полны напряженной решимости, их движения стремительны.
Широкую известность среди монументов, воздвигнутых после войны, получил памятник воинам Советской Армии в Берлине (1949; архитектор Я. Б. Белопольский (р. 1916), скульптор Е. В. Вучетич (р. 1908), художник А. А. Горпенко (р. 1916); см. ст. «Мемориальный ансамбль в Берлине»).

В дни всенародных праздников жители демократического Берлина покидают центральные улицы и нескончаемой процессией направляются в Трептов-парк, где когда-то рабочие собирались на свои первые маевки. Теперь они приходят сюда поклониться останкам советских воинов, принесшим народам Европы и самому немецкому народу освобождение от фашистского ига.
С прилегающих улиц потоки людей текут по аллеям парка, которые сходятся на небольшой площади. Здесь, склонившись над могилами своих сыновей — советских воинов, навеки застыла фигура скорбящей женщины, олицетворяющая Родину-мать. Светло-серый гранит скульптуры, кубический постамент — все подчеркнуто строго и просто.

Процессия поворачивает на широкую эспланаду, поперек которой склонились красные гранитные знамена с мемориальными надписями. Перед знаменами — коленопреклоненные статуи воинов, отдающих почести погибшим товарищам по оружию. Несколько ступенек ведут вниз, к братским могилам, покрытым бронзовыми венками. Еще дальше возвышается зеленый курган, на вершине которого — круглый мавзолей-постамент с могучей тринадцатиметровой бронзовой фигурой воина, рассекающего мечом фашистскую свастику, а свободной рукой прижимающего к груди спасенного ребенка. Воин утомлен, на лице его следы грозных испытаний, но в позе свобода и твердость — человек победил зверя, отстоял жизнь. Накинутая на плечи плащ-палатка усиливает монументальность и сходство с античными героями.

В 1945 г. в Польше в полуразрушенном Кракове была открыта небольшая выставка работ солдата З. Т. Толкачева (р. 1903) — художника из Киева. Это были документальные зарисовки, сделанные на служебных бланках концентрационного лагеря Освенцим, где фашисты замучили сотни тысяч мирных людей. Страшные своей правдивостью рисунки польское правительство представило как одно из свидетельств в деле о зверствах гитлеровцев. Один из польских литераторов писал тогда:«Работы Толкачева — это фрагменты, куски, отрывки трагедии. Это документ величайшего в мире злодейства. Величайших страданий. Величайшего героизма».
Советское искусство 1941 —1945 гг.— это летопись народной войны, исторический документ исключительной важности. Его основные черты — документальность и публицистичность: трудно было оставаться спокойным в эти грозные для Родины дни.
Война началась внезапно, но уже буквально на следующий день на стенах домов, у призывных пунктов, на эшелонах, спешивших к местам боев, появились первые плакаты Кукрыниксов, Б. Е. Ефимова и других художников. В опасное для страны время, как и в эпоху гражданской войны, плакат снова занял одно из ведущих мест в искусстве. На первых порах некоторые плакаты очень сильно напоминали те, что 20 лет назад звали под знамена Красной Армии. Так, одна из популярных работ этих лет — «Родина-мать зовет» (1941) И, М. Тоидзе (р. 1902), на которой изображена женщина, призывающая сыновей защитить Отечество, по композиции и по цвету напоминала прославленный плакат Д. С. Моора «Ты записался добровольцем?», созданный в годы гражданской войны. Без огромного, высотой в пять этажей, плаката Тоидзе, вывешенного на улице Горького, невозможно представить себе Москву военных лет.
В течение первых месяцев войны на помощь признанным плакатистам пришли многие живописцы, скульпторы и графики, которые раньше никогда не делали плакатов. Но сейчас это было главным, и художники занялись новым для себя делом.
В конце 1941 г. по примеру «Окон РОСТА» были организованы «Окна ТАСС», над которыми совместно работали известные поэты, художники и мастера художественной фотографии...
Большую роль сыграли агитплакаты в осажденном Ленинграде. Плакаты выпускались и в других городах, при политуправлениях фронтов и армий.
История боев, фронтовой быт предстают перед нами в произведениях военных художников студии имени Грекова. Эти художники ездили по фронтам, принимая участие в военных действиях, они воссоздавали в своих картинах сцены боев, образы героев-солдат.

«Творчество — это любовь к жизни!»— этими словами Вера Игнатьевна Мухина выразила свои этические и творческие принципы — принципы выдающегося советского скульптора-реалиста первой половины XX в.
Любовь к жизни, вера в человека-героя, человека — борца и созидателя вдохновляли Мухину на всем протяжении ее творческой деятельности.Широта кругозора, прекрасное знание мировой скульптуры, постоянное совершенствование профессионального мастерства — вот что определяет многогранность ее творческой личности. Она всегда была в первых рядах борцов за новое искусство.
Еще в начале своей деятельности В. И. Мухина принимала активное участие в проектировании революционных памятников (проекты памятников «Освобожденному труду»1919; «Пламя революции», 1922, и др.). В 1927 г. она сделала небольшую бронзовую фигуру «Ветер», интересную динамикой сопротивления человека стихиям, бурным порывам ветра. В этом же году она создала обобщенный образ крестьянской женщины в скульптуре «Крестьянка», олицетворяющей волю и мощь человека — хозяина природы.
Одновременно скульптор много сил отдает портрету — и острохарактерному, выявляющему индивидуальные особенности модели, и более обобщенному, в котором собраны типические черты человека советской эпохи. Самое глубокое по содержанию портретное произведение Мухиной — портрет архитектора С. Замкова (1934—1935). У героя Мухиной гордая, красивая голова, энергичное волевое лицо, мощные широкие плечи и мускулистые руки. Она писала о замысле этой работы: «Кроме портретного сходства с человеком, я хотела воплотить в скульптуре синтетический образ строителя, его непреклонную волю, его уверенность, спокойствие и силу... Почетное и славное дело советского скульптора быть поэтом наших дней, нашей страны, певцом ее роста, воодушевлять народ силою художественных образов».
В 30-е годы, ознаменованные широким развитием строительства, Мухина много работала в области монументальной и декоративной пластики. Вершиной монументального творчества мастера была всемирно известная 24-метровая скульптура из нержавеющей стали «Рабочий и колхозница», созданная для советского павильона на Всемирной выставке 1937 г. в Париже.

В первую годовщину Октября, в 1918 г., на нынешней площади Революции в Москве, на здании, где сейчас находится Центральный музей В. И. Ленина, висело огромное панно. На нем был изображен крестьянин, который поднимал красное знамя. Называлось панно «Хозяин земли». Его автором был 33-летний Сергей Васильевич Герасимов, позже один из известнейших советских живописцев, лауреат Ленинской премии.
Пятнадцатилетним юношей, в 1900 г., пришел Герасимов в Строгановское художественное училище. По окончании его, в 1907 г., поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества. Он внимательно изучал живопись прошлого, брал то, что было сродни его таланту в современном западном и русском искусстве. Он писал очень много акварелей, среди них были сценки деревенской и городской жизни, пейзажи.
В 20-е годы творчество Герасимова стало глубже и сложнее. Он пишет портреты крестьян. Много рисует, пытаясь постичь своеобразие каждого из своих героев. Его влекут героические темы, персонажами его картин становятся те самые крестьяне, портреты которых он так внимательно писал. В картине «На Волхове. Рыбаки» (1928—1930, Третьяковская галерея, Москва) художник показывает своих героев за едой после тяжелого дня; он любуется могучей, богатырской силой рыбаков. Героическим страницам истории посвящены «Клятва сибирских партизан» (1933) и «Мать партизана» (1943— 1946; обе картины в Третьяковской галерее в Москве). Эти произведения Герасимова привлекают силой народных характеров, оригинальностью в трактовке темы, хотя и уступают по мастерству его портретам и пейзажам.

Их двое. Они стоят безоружные посреди комнаты. Сзади охрана. Впереди белые офицеры. Идет допрос. Но ни слова в ответ на угрозы. Ни содрогания, ни испуга. Слепой ярости палачей противостоит стойкость и убежденность подпольщиков...
Когда автор этой картины — «Допрос коммунистов»— Борис Владимирович Иогансон в 10-х годах посещал классы московского Училища живописи, ваяния и зодчества, вряд ли кто мог подумать, что прилежный ученик Константина Коровина, художника-лирика, влюбленного в чувственную, живописную красоту мира, создаст публицистические произведения о времени классовых битв и социальных революций.
Но так распорядилось сердце, так подсказала художнику его совесть. В 20-е годы Б. В. Иогансон создает картины, в которых запечатлевает эпизоды гражданской войны, субботники и первые шаги по пути индустриализации страны.Изображая на полотне «Рабфак идет» («Вузовцы»; 1928, Третьяковская галерея, Москва) трудовую молодежь, для которой путь к знаниям открывали рабочие факультеты вузов, живописец от панорамы событий переходит к показу современника, сосредоточивая внимание на лицах, на выразительности поз и жестов. Перед нами люди, ставшие героями первой пятилетки. Это поколение, не знающее уныния и трудностей, волей, напором решающее самые сложные вопросы строительства новой действительности.
В чем же сила этих людей? Иогансон находит ответ — в идейности, в непоколебимой преданности.
Конфликт картины «Допрос коммунистов» строится на ясных и прямых психологических сопоставлениях. Мужественным и убежденным подпольщикам не в силах противостоять озлобленные, морально опустошенные, трусливые защитники старого мира. Их позы карикатурны, истеричны, а взгляды растерянны. Коммунисты стоят уверенно, смотрят вперед безбоязненно, зная, что их правое дело победит.

30-е годы — одна из интереснейших страниц в истории Советского государства. Это пора завоеваний Арктики, штурма стратосферы, пора первых пятилеток и неслыханных побед в труде, пора гигантского строительства, развернувшегося по всей стране. Тогда строили много, прочно и красиво. Очертаниям зданий передавалось деловое и мужественное настроение их строителей. На карте Союза возникали новостройки, центры старых городов окаймлялись новыми районами. Строились заводы и рабочие поселки, многочисленные реки перекрывались плотинами гидростанций. В парках городов вырастали чаши стадионов. Среди старых домишек на пустырях вставали здания, призванные волей времени и талантом зодчих изменить традиции прошлого быта. Один из ярких примеров всей этой огромной стройки — Москва.
Совершим путешествие по Москве 30-х годов и посмотрим, как много изменений произошло в ней за несколько лет. На всей городской территории оделись в гранит воды Москвы-реки и Яузы. Совершенно изменил свой облик центр города: площади расширились, освободились от старых, ветхих домов. В самом центре столицы, на углу бывшего Охотного ряда и улицы Горького, по проекту архитектора А. Лангмана был построен дом Совета Министров СССР. Строгие пропорции здания, напоминающего стройный параллелепипед, четкое и ритмичное соотношение между оконными проемами и плоскостями стен придают зданию деловой и спокойный вид. Широкие вертикальные полосы белокаменной облицовки на дымчатом фасаде создают впечатление торжественности, подчеркивая государственное значение здания.
Строги и выразительны по убранству первые станции Московского метро. Над одними
перронами высокие потолки спокойно лежат на четырехгранных колоннах, над другими перекинулись яркие своды. Ровный электрический свет омывает полированную каменную облицовку.