Много средневековых построек Риги, столицы Латвийской республики, погибло во время Великой Отечественной войны. Но и сейчас любители старины приходят в старые кварталы Риги, в Старый город, где их ждет встреча с замечательными памятниками средневековья: Пороховая башня — часть крепостных стен Рижского замка (XIII — XVI вв.) — важного укрепленного центра Ливонского ордена. В XIV—XV вв. в честь св. Петра — патрона города — построена церковь Петра. Это было самое величественное церковное здание Риги. Церковь имела высокую башню. В XIV в. в ней находился сторожевой пост, извещавший горожан о пожарах или об угрожающей городу опасности. В башне были установлены и первые публичные часы. Особый колокол ежедневно извещал о начале и конце рабочего дня. Башня завершалась высоким деревянным шпилем (общая высота башни со шпилем 120,7 м!). Изящный по силуэту шпиль церкви Петра был уникальной, смелой деревянной конструкцией, одной из самых высоких в мировой архитектуре. Этот шпиль определял весь силуэт старой Риги. В 1941 г. при обстреле города фашистами он сгорел.
Вы можете заглянуть и в бывшие купеческие дома, и в жилые дома средневековых ремесленников. Когда гуляешь по старой Риге, обязательно обратишь внимание на амбары — крупные складские помещения рижских торговцев. Амбары смотрят на улицу узкой стороной. Очень высок первый этаж — он выше всех остальных. На чердаке находился подъемный
механизм — ворот, чтобы поднимать товары прямо с улицы через окна-люки. Над главным входом в амбар скульптурное изображение какого-либо животного — слона, верблюда, голубя, которое служило эмблемой или адресом амбара.
Памятниками средневековья богата и Литовская республика. Еще в начале XIV в. столицей Литвы стал Вильнюс. В XIV в. князь Гедиминас (с которым связывают легенду об основании Вильнюса) построил замок. До наших дней сохранилась его западная башня. В стене башни — четырехугольной внизу, восьмиугольной наверху — винтовая лестница. Все, кто приезжает в Вильнюс, поднимаются по этой лестнице на вершину башни и любуются оттуда видом города.

Много сотен памятников древней архитектуры можно встретить в Закавказье. Феодалы строили себе замки там, куда неприятелю было труднее добраться. В Армении на утесе между горными речками Анберд и Архашан около VII в. н. э. был построен трехэтажный замок-дворец Анберд. Архитектура замка проста и сурова. Даже сейчас, в развалинах, он производит грозное впечатление. Крупные каменные блоки стен должны были принимать на себя удары вражеских метательных снарядов и стенобитных орудий. Украшений никаких нет, только красочные фаянсовые тарелки вделаны в кладку под зубцами башен: по поверью, они оберегают от дурного глаза. В Анберде было несколько церквей; та, что сохранилась до наших дней,— одна из самых красивых во всей Армении.
В X в. столицей армянского царства Багратидов был город Ани. В Ани сохранились церкви, мосты, дворцы, гостиницы, жилые дома. Здесь стоит один из самых величественных соборов Закавказья. Его построил в конце X — начале XI в. архитектор Трдат. Здесь найден редчайший памятник скульптуры — раскрашенная статуя армянского царя Гагика I (XI в.).
Далеко за пределами Армении известен самый знаменитый памятник средневековой армянской архитектуры (хотя до нас дошли только его развалины) — храм Звартноц («храм Бдящих сил», т. е. небесных ангелов), построенный в VII в. Храм Звартноц был невиданным дотоле по своему замыслу и композиции: круглый, в три яруса, он стоял на высоком ступенчатом постаменте. Интересно, что на фасаде храма были изображены портреты его строителей с инструментами в руках.
Звартноц расположен в предместье города Эчмиадзина (в древности он назывался Вагаршапат). Когда в IV в. христианство стало государственной религией, Вагаршапат стал духовным центром Армении. Здесь сохранились замечательные постройки IV—VII вв. — времени расцвета средневековой армянской архитектуры: это Эчмиадзинский собор (IV в.; он существует около 1650 лет и не раз переделывался) и стройный храм Гаяне (VII в.). По преданию, его возвели на месте погребения тела мученицы Гаяне, убитой, как и ее подруги Рипсимэ и Шогакат, за распространение христианства. В честь Рипсимэ и Шогакат также возведены храмы.

Средняя Азия — это удивительный мир, путешествие по которому — словно встреча со страной из «Тысячи и одной ночи». О ее средневековом прошлом, о ее богатой истории, культуре и быте могут рассказать ее великолепные здания, ни на какие другие не похожие, неповторимо своеобразные, как и природа и быт Востока. Самые прекрасные создания средневековой архитектуры находятся в Самарканде и Бухаре.
В конце XIV в. Самарканд стал столицей огромной империи Тимура. Тимур хотел сделать свою столицу самым красивым и грандиозным городом мира. Дворцы, мечети, мавзолеи, медресе, караван-сараи в Самарканде строили не только местные мастера, но и строители из всех покоренных Тимуром стран — Азербайджана, Ирана, Сирии, Индии, Хорезма и др. Лучшие памятники Самарканда XIV— XV вв. дошли до нас поврежденными, но их красота пленяет и в руинах.
Почти разрушена знаменитая соборная мечеть Биби-ханым (1399—1404), но и сейчас еще видны и изящество форм, и красочность отделки. Одна из легенд рассказывает, что мечеть построила любимая жена Тимура Биби-ханым к его возвращению из похода (отсюда и название мечети). Но в действительности мечеть построена по распоряжению Тимура, который сам следил за работами.
Невозможно рассказать о всем многообразии убранства мечети: здесь и фигурная кладка кирпича, и майолика, и мозаика, резной мрамор, и резная терракота. Мечеть Биби-ханым — настоящее чудо декоративного искусства, она поражает красотой и изобретательностью орнаментов и надписей, нарядным звучанием белых, голубых, желтых и синих красок. Бирюзового цвета купол венчает ее и как бы сливается с небом. «Купол был бы единственным, если бы небо не было его повторением, и единственной была бы арка, если бы Млечный путь не оказался ей парой», — писал о мечети один из современников.
Когда в 1403 г. скончался любимый внук Тимура наследный царевич Мухаммед-султан, Тимур велел построить парадный мавзолей. После смерти Тимура мавзолей становится усыпальницей и его самого, и его рода.

В конце V в. н. э. Западная Римская империя прекратила свое существование. Бесконечные войны, внутренние раздоры, восстания рабов ослабили некогда могучее государство. Древний Рим оказался бессильным противостоять нашествию германских и кочевых племен (римляне называли эти племена варварами) и пал под их натиском. В результате нашествия варваров оказались разрушенными многие города, храмы, древние дороги, памятники искусства. Культура, которую завоеватели принесли с собой, была ниже римской. Германцы не умели столь искусно, как римляне, строить каменные здания, крайне редко и примитивно изображали человека. Но зато они с исключительным мастерством покрывали ярким орнаментом и затейливой резьбой носовые части кораблей, изделия из металла, дерева, кости. Их орнаменты и украшения чаще всего представляли собой фигуры борющихся друг с другом фантастических чудовищ, животных и птиц. Эти образы были порождены народной фантазией и долго сохранялись впоследствии в западноевропейском средневековом искусстве. Художественные традиции древних греков и римлян в начале средневековья в Западной Европе оказались забытыми, каменная архитектура переживала упадок.
Однако память о величии древнеримского государства, его могуществе и богатстве сохранилась надолго. Многие правители королевств, образовавшихся в Европе после падения Рима, мечтали о славе римских цезарей и византийских императоров. Франкский король Карл Великий, стремясь подкрепить свою власть величием и блеском римской короны, принял титул римского императора и даже пытался
возродить при своем дворе некоторые римские обычаи. В резиденции Карла городе Ахене был построен дворец и рядом с ним дворцовая церковь — капелла, которая сохранилась. Зодчий Ахенской капеллы (ок. 798—805) Одо из Меца, возможно, подражал архитектуре византийского храма Сан-Витале в Равенне.

Маврами называли жителей Северной Африки, а позже и покоривших их в VII в. арабов. В начале VIII в. мавры вторглись в Испанию и захватили почти весь Пиренейский полуостров. В Испании, Северной Африке (Алжир, Тунис, Марокко) и Сицилии они создали самобытную архитектуру и декоративно-прикладное искусство. Памятники искусства этих стран отличаются красочностью, живописностью, богатством отделки и архитектурных форм.
Для мавританской архитектуры характерны многолепестковые или подковообразные арки,
ячеистые своды, сдвоенные окна, купола. Внутренняя отделка зданий поражает великолепными лепными и резными украшениями, изысканной мозаикой, богатой росписью. Все это ярко, многоцветно, пестро.
Большое место в мавританском искусстве занимает орнамент, геометрический и растительный. Он нередко сплошь покрывает архитектурные детали и предметы домашнего обихода.
Характерные архитектурные памятники мавританского искусства — мечеть в Кайруане (Тунис), дворец Зиза в Сицилии, знаменитая мечеть в Кордове (Испания). Внешне мечеть в Кордове почти не отличается от окружающих ее жилых домов. Невысокие гладкие стены из кирпича покрыты белой штукатуркой. Тем большее впечатление производит разнообразие и богатство внутреннего оформления. Вход ведет в небольшой дворик, обсаженный апельсиновыми деревьями и украшенный бассейном с прозрачной водой. Здесь мусульмане совершали омовения перед молитвой. Из дворика можно пройти в огромный прямоугольный зал для молитвы. Все пространство зала заполнено ритмично повторяющимися колоннами. На мраморные и яшмовые колонны с нарядными разнообразными капителями опираются два яруса
подковообразных арок, сложенных из чередующихся красных и белых кирпичей. В сумраке мечети этот лес колонн с арками производит странное впечатление: кажется, что зал не имеет границ, а камень, из которого сложены колонны, потерял весомость и плотность.
К середине XIII в. в руках мавров на территории Испании остался лишь один город — Гранада. Близ него расположен бывший дворец гранадских эмиров — Альгамбра, что в переводе означает «Красный замок». Его гладкие стены, сложенные из красновато-розового кирпича, заостренные черепичные крыши, округлые купола и массивные башни возвышаются на холме, омываемом рекой Хениль. Около двухсот лет, начиная с середины XIII в., строилась Альгамбра. Тысячи ремесленников принимали участие в ее создании и украшении.

К началу VIII в. могущественный Арабский халифат объединил под своей властью огромные территории. Его владения простирались от Северо-Западной Африки и Испании до современной Киргизии и Индии. Многочисленные народы, жившие на этих землях, отличались друг от друга и уровнем общественного развития, и языком, и культурными традициями. Художественная культура их также была различна. Сирийские ткани не спутаешь с египетскими, а керамику Ирака — с изделиями турецких мастеров.
Распространение ислама, запрещавшего изображать людей и животных, наложило определенный отпечаток на развитие средневековой художественной культуры Ближнего Востока. Расцветает искусство орнамента, а скульптура и живопись почти затухают.
Ведущую роль в создании художественной культуры Арабского халифата играли Сирия и Ирак — страны с древними традициями в искусстве. С самого начала существования халифата во всех городах и даже в самых маленьких селениях Ближнего Востока строились здания для ежедневной молитвы — мечети. Здесь сложился тип так называемой дворовой, или колонной, мечети с обширным прямоугольным двором, обнесенным надежными, нередко даже крепостными стенами. Молитвенный зал находился в глубине, и его перекрытия покоились на колоннах или столбах. Внутри мечети отделывались цветным камнем, керамическими изразцами, орнаментом, вырезанным на каменных панелях или штукке — особой облицовочной штукатурке. После полировки штукк приобротал вид мрамора. Особенно богато отделывался михраб — ниша, указывавшая молящимся направление на Мекку.
Соборная мечеть Валида I в Дамаске — одно из знаменитейших сооружений VIII в.— должна была, по замыслу халифа, своим великолепием затмить все другие здания. И действительно, великолепные мозаики мечети вошли в сокровищницу мирового искусства.
Развивается и светская архитектура. Среди множества сооружений выделяются загородные замки — резиденции омейядских халифов, построенные в Сирийской пустыне. До нас дошли настенные росписи одной из таких резиденций — Кусейр-Амры. Сюжеты их разнообразны: здесь и купающиеся женщины, и единоборство атлетов, и сцены охоты. Центральное место занимает изображение халифа, сидящего на троне и окруженного покоренными иноземными царями.
В 836 г. на Тигре, к северу от Багдада, возникли первые постройки новой резиденции аббасидских халифов — Самарры. Вскоре она превратилась в большой цветущий город, но уже через несколько десятилетий была покинута. При раскопках здесь обнаружены руины дворцов халифа, жилых домов и соборной дворовой мечети с минаретом. На стенах — остатки росписей и орнамента.

Европейцы познакомились с искусством Тропической Африки сравнительно поздно, в конце XIX в., и были поражены совершенством африканской скульптуры.
Прошло не одно десятилетие, прежде чем искусство и культура Африки предстали перед нами во всем своем величии. Однако и сейчас невозможно полностью воссоздать историю африканского искусства: в ней слишком много пробелов и загадок. Многие открытия были сделаны за последние годы.

Хотя исследователи Африки и раньше знали о существовании доисторических росписей в Сахаре в районе горного массива Тассили, широкую известность эти росписи получили недавно, после экспедиции французского ученого А. Лота, который в 1957 г. привез в Париж свыше 800 копий наскальных изображений . В настоящее время наскальные изображения обнаружены почти по всей Африке.
Древнейшая из известных нам африканских культур была открыта лишь в 1944 г. в местечке Нок (Нигерия), между реками Нигер и Бенуэ. В оловянных шахтах были случайно найдены скульптурные портреты и детали фигур, выполненные почти в натуральную величину из обожженной глины. С тех пор удалось найти множество предметов культуры Нок, как ее вскоре назвали. Их довольно точно датировали при помощи метода радиоактивного углерода — I тысячелетие до н. э. — II в. н. э.

Бескрайние степи Монголии — зеленые и благоухающие летом, угрюмые зимой — полны неразгаданных тайн. То и дело встречаются курганы с каменными плитами и изваяниями, каменные стелы, разрушенные монастыри, древние крепости и города, окруженные земляными валами, с руинами дворцов, храмов, домов. Многие из них еще ждут археологов...
В прошлом веке раскопками в Монголии занялся русский ученый, языковед и этнограф В. В. Радлов. Особенно много загадок удалось разрешить монгольским ученым в содружестве с советской экспедицией под руководством археолога С. В. Киселева в 1948—1949 гг. Теперь известно, что Монголия не была страной, где бродили только орды диких кочевников, как думали раньше. На ее территории с давних времен существовали важные центры культуры.
Чтобы понять искусство Монголии, надо помнить, что она находится на пересечении торговых путей Центральной Азии, связывавших древние центры культуры: Индию, Среднюю Азию, Китай и Тибет. И естественно, искусство Монголии развивалось в связи, а иногда и под влиянием искусства этих стран.
Монгольские памятники древности рассказывают о разных эпохах и народах, населявших когда-то эту страну. Знаменитые оленные камни монголов, на которых вырезаны стремительно мчащиеся олени с ветвистыми рогами, сменяются гуннскими курганами.
Гунны, правившие на рубеже нашей эры Монголией и всей Центральной Азией, хоронили своих вождей — шаньюев в подземных бревенчатых склепах, задрапированных тканями и наполненных местными и привозными вещами из золота, серебра, нефрита, лака, янтаря. Такие курганы были раскопаны в горах Ноин-Улы русским путешественником и исследователем Центральной Азии П. К. Козловым, возглавившим в 1925—1926 гг. Монголо-Тибетскую экспедицию.
После тюрков, создавших в VI—VIII вв. могущественную империю, в степях Монголии остались надгробные памятники: стелы, каменные бабы, изображения умерших, рядом с которыми лежат длинные ряды камней, обозначающие врагов, убитых захороненным здесь воином. Недавно археологам удалось найти еще одно замечательное произведение древнетюркского искусства — голову знаменитого тюркского хана Кюльтегина. Ждет исследователей и Хара-Балгас — столица уйгурского государства (IX в.). Много непонятного еще в культуре киданей (XI — XII вв.) — народа, родственного монголам и создавшего свою, еще не расшифрованную письменность. Кидани оставили в Монголии великолепные образцы настенной росписи.
Фламандский путешественник Биллем Рубрук еще в XIII в. описал, как выглядела столица монгольской империи Каракорум, основанная Чингисханом. Особенное впечатление произвел на него ханский дворец. В середине он напоминал корабль, а боковые его стороны были отделены двумя рядами колонн. У дворца находилось серебряное дерево с четырьмя серебряными львами у корней и змеями на ветвях.

Культура Вьетнама развивалась на протяжении двух тысячелетий. Уже в древности искусство Вьетнама отличалось богатством и своеобразием форм, самобытностью художественного языка.
В центральной части и на юге страны, среди диких джунглей, еще сохранились поросшие густым кустарником развалины древних храмов, сложенных искусными зодчими в VIII — X вв. О многом могут рассказать эти развалины: о высокой технике кладки, издавна существовавшей во Вьетнаме, о том, что древние храмы строились из огромных кирпичей и каменных блоков. Это были стройные здания в виде башен, украшенные снаружи богатой лепкой, статуями божеств и изображениями различных мифологических сцен. Скульптуры высекались из цельных каменных глыб и хорошо сочетались с массивной архитектурой храмов. Наиболее выразительны изображенные в плавном или стремительном движении фигуры танцовщиц. Не менее интересны статуи божеств. В своем суровом облике они скорее похожи на воинов. Но особенно изящны скульптурные изображения животных.

К числу замечательных скульптурных памятников Вьетнама принадлежит статуя мудреца Тует Шона, хранящаяся в пагоде Тай-Фыонг. Она относится к XV в. и изображает человека, погруженного в размышления.
В скульптуре и постройках раннего периода сказывается большое влияние индийского искусства, которое проникло во Вьетнам через Камбоджу, и искусства Китая.

Корейский народ называет свою родину «страной утренней свежести». Это поэтичное название действительно соответствует неповторимой красоте ее природы. Омываемая с трех сторон морями, с высокими зубчатыми вершинами Алмазных гор, покрытых лесами, с множеством бурных рек и водопадов, — такая Корея нашла воплощение в целом ряде произведений своих художников.
Корея— страна древней культуры. В первые века нашей эры на ее территории существовали города с великолепными дворцами и храмами. От этого времени около Пхеньяна остались большие подземные гробницы. На их стенах, искусно выложенных из камня, сохранилась живопись, ярко повествующая о жизни и обычаях знатных людей того времени.
В 1949 г. около города Пхеньяна археологи открыли ряд гробниц IV — VI вв., украшенных фресками. В этих гробницах находилось много изделий декоративного и прикладного искусства средневековой Кореи: золотые и серебряные украшения, мечи, лаковые чаши и блюда, бронзовые зеркала и керамика.
В VI в. в Корею из Китая проник буддизм, и по всей стране началось строительство храмов и многоярусных пагод. Многие из них сохранились до сих пор. Но самый известный и самый великолепный памятник средневековой Кореи из дошедших до нас относится к VIII в. Это — храм Сок-курам, расположенный около города Кён-чжу — древней столицы Кореи. Он был выстроен в толще горы в подражание пещерным храмам. Рельефы с изображением божеств, высеченные на плитах, донесли до нас пластичное, простое и строгое искусство древних мастеров.
В XII — XIII вв. в стране было очень развито производство керамики. Особенно славились фарфоровые сосуды (сангамы) с инкрустациями из цветных глин. Белые и голубовато-зеленые сосуды имели формы плодов, цветов или фигур животных.
На искусство Кореи оказали влияние связи с Китаем и Японией. Но корейские художники и мастера творчески перерабатывали лучшее, что проникало из других стран, и создавали замечательные произведения искусства согласно вкусам и традициям своей страны.