Своим расцветом театр английского Возрождения обязан прежде всего Вильяму Шекспиру (1564—1616). Драматургия Шекспира — итог всего предшествующего развития драмы, вершина театральной поэзии мира, перспектива дальнейшего движения театральной истории .
«Трагедия родилась на площади»,— писал А. С. Пушкин, имея в виду отдаленные истоки творчества Шекспира — народный театр средневековых мистерий. Традиции площадного театра — широкий охват событий, чередование комедийных и трагических эпизодов, стремительную динамику действия — сохранили предшественники Шекспира драматурги Р. Грин, К. Марло и другие. Они несли на сцену гуманистические и вольнолюбивые идеи, показывали новых героев — обладателей сильной воли и цельного характера.
В первый, «оптимистический» период своего творчества Шекспир писал комедии, овеянные светлыми, радостными настроениями.
Но когда перед проницательным взором поэта открылось «море бедствий», когда неумолимый ход истории все острей и острей обнажал противоречия мира, идеальный образ человека в его произведениях сменился другим героем — жаждущим власти и собственности, эгоистом и корыстолюбцем, а порой и преступником. Первым этот трагический поворот времени отметил Шекспир в трагедии «Гамлет». Вспоминая свой еще недавний восторг перед человеком — «чудом природы», Гамлет с горькой иронией называет его «квинтэссенцией праха». Шекспир уже видел, что распались все связи и отношения в государстве, в семье, в идеях и принципах.
Но герои Шекспира не склонились перед миром зла. Вступая в борьбу и падая жертвами своих всесильных противников, герои трагедий Шекспира (Гамлет, Лир или Отелло) даже самой своей гибелью утверждали гуманистические идеалы, веру в человека и его светлую судьбу. Именно в этом бессмертие шекспировских трагедий и правда их современного звучания.

Кто эти веселые люди, которые бродят по дорогам, заходят в рыцарские замки, собирают вокруг себя толпу на площадях городов? Это народные актеры — гистрионы. Искусство их многообразно: они и жонглеры, и акробаты, и рассказчики, и дрессировщики, и музыканты, и певцы. Показывая комические сценки, они часто не только забавляли зрителей, но и едко высмеивали тех, кто притеснял и угнетал простых людей. Поэтому феодалы и церковь их сурово преследовали и множеством указов запрещали им выступать.Понимая, что одними указами нельзя убить любовь народа к зрелищам, церковники решили заставить театр служить целям религии. Чтобы привлечь больше народа, церковные службы дополнялись сценками из жизни Христа и святых. Вначале их разыгрывали переодетые священники, впоследствии для исполнения отдельных ролей (главным образом обитателей ада — чертей) приглашали и лиц не духовного звания.
Так возникает церковный театр — основная форма театрального искусства Европы средних веков.
С начала IX в. во время церковной службы — литургии — стали разыгрывать наиболее драматические эпизоды из священного писания. Эти представления назывались литургической драмой. В XIII в. их вынесли на паперть перед храмом и разыгрывали для большого числа зрителей. Такие зрелища стали называть полулитургической драмой.
Самый массовый вид театрального зрелища в средневековой Европе — мистерия, возникшая во второй половине XIII в. По своему религиозному содержанию она связана с церковным театром, но эти спектакли ставились не духовенством, а мастеровыми и ремесленниками. Женские роли в мистериях исполняли уже не мужчины, как в античном театре или в театре Шекспира, а женщины.
Представление мистерий было событием для всего города. Все с радостным волнением следили, как на площади воздвигали декорации еще задолго до ярмарки или того дня, на который назначалось представление. И вот на площади собирается шумная толпа. Взгляды всех устремлены к отдельным беседкам (павильонам), где происходит зрелище. Порой действие выносится на самую площадь, и тогда зрители становятся как бы участниками представления.

Впервые трагедия была поставлена во время Великих Дионисий в Афинах 2500 лет назад (в 534 г. до н. э.). В ней выступал только один актер — рассказчик, или отвечающий на вопросы хора, и сам хор, который песнями, плясками и ритмическими движениями откликался на рассказ. Хору и принадлежала главная роль в трагедии.
В каждом древнегреческом городе был свой театр, обычно расположенный под открытым небом. Сравнительно небольшой театр бога Диониса в Афинах вмещал 17 тысяч зрителей, один из самых крупных — в Мегалополе —44 тысячи. К эпохе расцвета Афин (середина V в. до н. э.) сложилась целая церемония театральных представлений.Игровая площадка в форме круга находилась у подножия холма или горы. Она называлась орхестра (от греческого слова, означающего «плясать»). Как подковой, ее охватывали расположенные по склону места для зрителей, которые назывались театрон (от слова «смотреть»). Третьей частью была скена (палатка, предназначенная для переодевания актеров и помещавшаяся позади орхестры). Позднее ее стали оформлять колоннами, как фасад дворца или храма; перед этими колоннами и происходило действие.
Первый из известных нам греческих трагиков Эсхил (525 — 456 до н. э.) ввел второго актера — появился диалог, что очень оживило трагедию и придало ей больше действия. Позже младший современник Эсхила драматург Софокл (ок. 497— 406 до н. э.) ввел третьего актера; каждый актер исполнял по нескольку ролей, в том числе и женские. Так на первое место постепенно выдвигался актер, раскрывающий внутренний мир воплощаемого им героя, а роль хора в трагедии уменьшалась.
Играли актеры в масках, напоминавших шлемы, с орлиным носом и большими отверстиями для рта и глаз. Чтобы придать своим героям величавость и значительность, поверх маски водружали высокий головной убор, надевали обувь, увеличивавшую рост (котурны), подкладывали утолщения под одежду.

В первобытной общине люди добывали себе пропитание охотой и рыбной ловлей. В те далекие времена твердо верили, что для удачной охоты надо прежде поразить стрелой изображение того зверя, которого хотели убить. Иногда разыгрывали в лицах предстоящее действие и этим как бы предрешали желаемый результат. Одни наряжались в звериные шкуры, украшали себя перьями птицы, рогами или клыками животного, на которое предстояло охотиться, раскрашивали себе лицо или надевали звериную маску и всеми своими движениями подражали его повадкам. Другие — «охотники» — осторожно подкрадывались и нападали на добычу. После этого все исполняли шумную и веселую пляску под звуки гонга и барабана, пение и воинственные крики. Древние верили в магическую силу охотничьих игр и плясок, считая, что от них зависит благополучие всего племени. С развитием скотоводства и земледелия люди придавали все большее значение самим явлениям природы. Но, не умея объяснить, чем вызваны дождь или засуха, урожаи или недород, болезни, падеж скота, они приписывали все это богам, пытались их умилостивить жертвами и особыми обрядами или играми. Игры требовали от участников большого мастерства: пантомима, танец, музыка и пение соединялись здесь воедино и как бы дополняли друг друга. Это было священное действо, которому люди приписывали магический характер. Оно уже содержало все важнейшие элементы современного театра.
Основой для зарождения игр, легенд, театральных представлений у многих древних племен стали различные земледельческие обряды. Пробуждение и возрождение земли весной, сбор урожая осенью, умирание природы с наступлением зимы — все это воспринималось как действие «высших сил». Богов часто изображали в облике людей, о них слагали легенды.